Суббота, 18.11.2017
Мой сайт
Меню сайта
Статистика

Онлайн всего: 5
Гостей: 5
Пользователей: 0
Форма входа
Буйнов Н. Первая особая в Партизанском крае

   В феврале 1942 года Первая особая партизанская бригада, выполнив задачи, поставленные перед ней на зимний период, вышла на сборный пункт в деревню Юрьево в 20 километрах от Старой Руссы. Здесь она получила новый приказ: подготовиться к рейду в Партизанский край. На переформирование отводились считанные дни. В бригаду пришло пополнение партизан и командиров.
   Первый отряд возглавил Григорий Васильевич Тимофеев — старший лейтенант, кадровый танкист. Комиссаром отряда стал Дмитрий Исаакович Архидьяконский. Командиром второго отряда был назначен старший политрук Анатолий Дмитриевич Кондратьев, комиссаром — самый молодой среди командного состава бригады политрук Виталий Дмитриевич Зайцев. Старший политрук Александр Григорьевич Климов принял командование третьим отрядом, комиссаром которого был Александр Иванович Широков.
Диверсионный отряд возглавил Ахмед Нурмухамедович Ситдиков. Комиссаром в отряде был пскович Иван Кириллович Шерстнев. Командиром разведчиков стал Ованес Осипович Васильян.
   Штаб бригады возглавил старший лейтенант Федор Петрович Сорокин. Заместителем командира бригады по снабжению был Вано Асартьянц.
   В ночь на 28 февраля бригада начала марш в заданный район. Нужно было пройти около 100 километров по глубокому снегу при тридцатиградусном морозе. Перейти передний край обороны противника у деревень Вешкино и Горушка в 40 километрах от Старой Руссы нам помогли разведчики 11-й армии.
   На рассвете 1 марта бригада вступила в райцентр Белебелка. Здесь начинался Партизанский край. В тылу врага, на оторванном от Большой земли островке, по-прежнему действовали советские учреждения, дети учились в школе, готовились к весеннему севу колхозы.
   В этот же день мы встретились в Серболовском лесу с командиром Второй партизанской бригады Николаем Григорьевичем Васильевым и комиссаром Сергеем Алексеевичем Орловым. Здесь же нас поджидал начальник партизанского штаба Северо-Западного фронта Алексей Никитович Асмолов.
   Перед нашей бригадой была поставлена задача — выйти на левый берег реки Шелони между деревнями Железница и Лунево и закрыть противнику пути в; Партизанский край. Нашим правым соседом становился партизанский полк Рачкова, левым — полк под командованием Скородумова.
   В ночь на 3 марта бригада заняла позиции. С первых дней гитлеровцы начали «прощупывать» нас, а мы, в свою очередь, изучали противника. А с 10 марта начались боевые стычки.
   Взвод Лемесева из отряда Тимофеева находился в боевом охранении у деревни Городище около мельницы, когда на правом берегу Шелони появился взвод фашистов с двумя подводами. Гитлеровцы шли к мельнице. Подпустив противника на 100—150 метров, партизаны открыли огонь. Захватчики не ожидали встречи с партизанами и в панике бежали, оставив убитых и раненых.
Через день гитлеровцы решили проверить нас уже силами роты. Они вошли в деревню Красулино и открыли сильный огонь из минометов по деревне Заполье, где находился отряд Кондратьева. Командир приказал не отвечать на огонь, чтобы не выдать расположение отряда, а для удара выдвинул первый взвод. Когда взвод Братерского открыл огонь, гитлеровцы дрогнули. Они не ожидали нападения партизан со стороны поля. Удар в спину ошеломил их. Они подумали, что попали в окружение, и побежали.
Мы отлично понимали, что впереди нас ждут новые испытания. Занятый нами участок являлся своеобразными воротами в Партизанский край со стороны Дно и Дедовичей, где у фашистов было много охранных и полевых войск.
Соответственно обстановке мы и расположили свои силы и огневые средства. Отряд Тимофеева действовал на правом фланге вдоль реки Шелони у деревень Железница — Лемтехово — Чернецово; в центре — отряд Кондратьева у деревень Красные Новинки — Дорошкино, на левом фланге — отряд Климова у деревень Дорошкино— Охариново — Хлеборадово. Разведгруппа, диверсионный отряд и штаб бригады размещались в деревне Бродки.
   16 и 17 марта вражеские разведывательные самолеты по одному или парами на бреющем полете облетали район расположения нашей бригады, выискивая расположение отрядов, обстреливая деревни и даже пешеходов-одиночек.
   Разведка донесла, что в Дедовичах батальон противника готовится выступить против партизан.
   Где, по какой дороге пойдут фашисты? Из Дедовичей возможны два пути: или по реке Шелонь, или через деревню Ясски. Взвесив все, решили, что батальон будет двигаться по льду реки. Это был самый короткий и наиболее удобный в тех условиях путь.
До рассвета 18 марта отряды Тимофеева, Кондратьева и рота из отряда Климова заняли оборону по Шелони у деревень Лемтехово, Каруево, Красные Новинки, Заполье и Красулино.
   Утро было ясным. С первыми лучами солнца над нашими позициями появились три вражеских самолета. Фашисты бомбили деревни Железницы, Городня, Хохлово, Подмошье, обстреливали из пулеметов Бродки и Хлеборадово. Заполыхали дома. Но жители и партизаны, как было условлено, себя не обнаружили.
   Самолеты, снижаясь над Дедовичами, сбросили вымпелы, и вражеский батальон двинулся вперед. Вскоре колонна растянулась почти на полтора километра. Ничего не подозревая, она миновала засаду Батурина, затем засаду Колесова. Вот голова колонны подошла к Красным Новинкам. Около полусотни солдат направились к деревне. Вот они уже на околице...
   Мы были в выгодном положении, окопавшись в погребах и под укрытием построек. Гитлеровцы находились на открытом месте. Интенсивным огнем встретили партизаны противника. Неся большие потери, фашисты отступили к деревне Заполье. Чтобы не дать врагу и там засесть, комиссар отряда Зайцев повел взвод партизан в обход Заполья.
   В это время головная рота противника наткнулась на засаду у деревни Лемтехово. От неожиданности фашисты в панике заметались. Офицеры заставили сод. дат залечь.
   Противник открыл огонь из двух пушек и пошел в атаку, но вынужден был с потерями отступить. Произведя перегруппировку, фашисты двинулись к деревне Лем-техово, там их встретили дружным огнем партизаны отряда Тимофеева. Чтобы не допускать затяжки боя, было приказано одну роту из отряда Тимофеева перебросить к деревне Каруево, чтобы оттуда нанести внезапный удар с тыла...
   Жестоким был бой. По общему сигналу в три часа дня партизаны пошли в атаку. Бросая раненых, фашисты бежали. Но и отступая, они натыкались на наши засады. Бой на Шелони закончился полной победой партизан.
   В ночь на 21 марта отряды Кондратьева, Тимофеева и Климова заняли опорные пункты у деревень Мошино, Красулино, Заполье. К тому времени нам сообщили, что противник силою до батальона продвигается по реке Шелони к деревне Заполье. В колонне большой санный обоз. На каждой подводе — станковый пулемет или миномет. На пути фашисты обстреливали все деревни.
В 10 часов у деревни Заполье завязался бой с головной ротой противника. Наша засада не выдержала натиска и отошла. Противник обрушил свой удар на деревню Красные Новинки. Командир отряда Кондратьев приказал открыть огонь из всех видов оружия. Противник залег, но взводы его второго эшелона устремились к деревне Лемтехово. Здесь группа резерва Тимофеева обрушила на врагов всю мощь своего огня. Двумя красными ракетами роте полка Рачкова был дан приказ выдвинуться к Шелони и открыть фланговый огонь по наступающему противнику. Так гитлеровцы снова оказались в кольце.
   Фашисты вели огонь из минометов и трех орудий. В отряде Тимофеева кончались патроны. И тут проявил отвагу и находчивость партизан Юра Пареньков — тринадцатилетний воспитанник бригады. Поняв, что патроны на исходе, он бросился к конюшне, где стояла запряженная в сани лошадь. Юра, не мешкая, вскочил в сани и погнал коня в Бродки, в штаб бригады. Через час он уже раздавал партизанам патроны. (За смекалку и доблесть, проявленные в этом бою, Юра Пареньков был награжден медалью «За отвагу».)
   Батальон противника был разбит, гитлеровцы потеряли убитыми и ранеными около двухсот солдат и офицеров. Партизаны взяли богатые трофеи: четыре орудия и около трехсот снарядов к ним, около сотни винтовок и автоматов, шесть ручных пулеметов, пятнадцать саней с боеприпасами и продовольствием.
   В те же дни диверсионные группы партизанских бригад успешно действовали на железной дороге: взрывали мосты, пускали под откос воинские эшелоны.
   В конце марта фашисты вынуждены были для прикрытия железнодорожного перегона Дедовичи — Чихачево поставить в деревне Кипино усиленный батальон с танками и двумя батареями четырехорудийного состава. Противник построил тут оборонительные сооружения: пулеметные и минометные гнезда, траншеи.
   Мы обратились к командованию Второй партизанской бригады с просьбой оказать нам помощь в проведении так называемой «Кипинской операции». Комбриг Васильев и комиссар Орлов одобрили наш план и придали в помощь бригаде полк Скородумова.
Наша разведка получила сведения о том, что солдаты вражеского гарнизона уже несколько дней накапливают шнапс, готовясь к пасхе. Этот день и был назначен для удара.
   Всем командирам было приказано вывести подразделения на исходные рубежи вечером 4 апреля, а чтобы не дать противнику возможности подбросить подкрепление, заминировать полотно железной дороги, на фланги выслать засады.
   И вот в штаб бригады начали прибывать связные с докладами о готовности отрядов к бою. Скородумов вывел полк к деревне Ломаница. Поступила радиограмма от лейтенанта Никощенко, в которой сообщалось: «Дров нарубили, пироги в печи, сами в воздухе». Это означало, что провода обрезаны, полотно заминировано, группа движется к станции Судома...
   В ночь на 5 апреля начальник штаба бригады Сорокин выпустил одну за одной три белые ракеты — сигнал к началу штурма. В окна домов, где находились фашисты, полетели гранаты, бутылки с горючей смесью. Смело и самоотверженно действовал взвод под командованием Николая Папанова. Бойцы шли по окраине деревни Кипино к колхозной ферме, но попали под огонь станкового пулемета. Прижимаясь к земле, Папанов подобрался к расчету и в упор расстрелял пулеметчиков. Он лег за пулемет и открыл огонь по фашистам, обеспечив успешное продвижение взвода. Папановцы взорвали танк и склад с боеприпасами.
На этот участок фашисты выдвинули батарею. Комиссару отряда Зайцеву со взводом Братерского было приказано продвинуться к центру деревни и захватить орудия. Расстреливая метавшихся в панике врагов, взвод занял ферму и из трофейных пулеметов открыл огонь по врагу. Батарея не успела развернуться и была захвачена партизанами. Отряд Ситдикова подорвал орудие неприятеля, а штурмовая группа Братерского уничтожила стоявший под навесом бронетранспортер.
   К двум часам ночи со стороны Дедовичей подошел бронепоезд, толкавший впереди себя две платформы с балластом. Наши минеры на этот раз просчитались, На минах подорвались только платформы, а бронепоезд сдал назад и открыл огонь. Но это уже не могло изменить хода боя.
   В том бою партизанами было уничтожено и ранено около трехсот вражеских солдат и офицеров, взорвано три склада с боеприпасами, три бронетранспортера и один танк, три орудия, захвачено несколько станковых и ручных пулеметов, много винтовок и автоматов, около 30 тысяч патронов.
   6 апреля в бригаду прибыла разведка Первой ударной армии. Линию фронта разведчики пересекли на пароконных санях и благополучно прибыли в Партизанский край. Братья-армейцы привезли нам оружие и взрывчатку. А чем нагрузить сани в обратный путь, чтобы не было «пустого перегона»?
   Нам было известно, что в деревне Лунево под Дедовичами оккупанты организовали пункт по откорму скота. Решено было угнать скот.
   С наступлением темноты группа наших разведчиков на 10 санях двинулась в Лунево. Со стороны Дедовичей поставили засаду, обрезали телефонные провода. Базу разгромили быстро и без потерь с нашей стороны. На откормочном пункте оказалось 35 голов скота. Их и погрузили на сани, На рассвете партизаны возвратились, а следующей ночью армейские разведчики тронулись в обратный путь, захватив наши скромные подарки.
   Между тем на смену разбитому в Кипине батальону гитлеровцы пригнали другой, усиленный танками и артиллерией. Новый батальон вел себя активнее: почти каждый день фашисты делали вылазки в лес группами или взводами, устраивали засады на подходах к железной дороге. В помощь охранному батальону ежедневно прилетали самолеты-разведчики, которые выискивали партизан. Приходилось соблюдать строжайшую маскировку.
   Назойливое гудение самолетов очень надоедало и мешало нам. Мы решили пустить в ход трофейные пушки. Установив их подальше от нашей основной базы, начали обстрел самолетов. Попадание было маловероятным, однако обстрел подействовал: самолеты стали появляться реже. Чтобы предотвратить внезапное нападение карателей, мы заминировали все подступы к деревням Кузнецово, Бугры — Дубовые, Бугры — Фенютины и другим населенным пунктам, расположенным близ Кипина.
   Апрельским утром группа гитлеровцев направлялась к деревне Кузнецово. Не дойдя до деревни, пятеро фашистов подорвались на минах.
   Зная, что гитлеровцев интересует это направление, командир отряда Климов направил в Кузнецово засаду. Прибыв на место, партизаны замаскировались. Долго ждать не пришлось. Вскоре на дороге появился вражеский взвод. Впереди почему-то ехали две крестьянские подводы.
   Партизаны наблюдали, что же будет дальше?
   Метров за триста до деревни гитлеровцы остановились, а крестьяне-возницы стали медленно продвигаться по дороге. За лошадьми волочились бороны... Вот оно что! Таким варварским способом фашисты решили разминировать проход к деревне, посылая русских людей на верную смерть.
   Наша засада открыла пулеметный огонь. Когда гитлеровцы убрались, партизаны вывели с минного поля спасенных крестьян.
Приближался праздник 1 Мая. Активными боевыми действиями ознаменовала его вся бригада. Старались, конечно, и наши подрывники.
   Командир отряда Ситдиков создал две группы минеров: первую возглавил он сам, вторую — комиссар Шерстнев. Разделив запасы взрывчатки, 22 апреля они ушли к железной дороге.
   Несколько дней партизаны ходили возле железной дороги и никак не могли заложить заряды. Днем фашисты охраняли дорогу с вышек, ночью на линии было почти непрерывное движение дозоров. Наконец Шерстневу удалось заминировать полотно у деревни Амшанка. Но и на этот раз гитлеровцы впереди эшелона пустили платформы с балластом. Взрыв был, но эшелон уцелел. Грустно говорить о неудачах. Но успех не приходит сам по себе, его надо добыть. Ситдиков решил объединить обе группы.
Место минирования наметили в двух километрах от станции Судома. Недалеко был и другой гарнизон, который охранял железнодорожный мост через Шелонь.
   Ситдиков с Бесединым и Мурашовым — самыми опытными в отряде минерами — пошел на полотно. Справа и слева от места минирования залегли группы прикрытия. Мины заложили под оба рельса, поставив надежную шпильку взрывателя, которая должна была выдержать тяжесть груженой платформы. К взрывателю Ситдиков аккуратно привязал полевой кабель, чтобы можно было выдернуть шпильку, когда паровоз выйдет на мину. Шнур замаскировали и протянули в кусты метров за сто.
Было три часа ночи. Погода стояла пасмурная, накрапывал дождь. Тишина. Но вот на станции Судома показался огонек. Луч прожектора становился все ярче, и минеры заметили, что в их сторону по полотну идут патрули. Обнаружат место минирования или пройдут?.. Патруль прошел. Шум поезда нарастал, наступал решающий момент. Ситдиков взялся за шнур. А еще через минуту вздрогнула земля, поднялся огромный столб пыли, смешанной с желтым густым дымом. Залязгали буфера: вагоны и платформы, вздыбливаясь, с грохотом покатились под откос...
   С наступлением тепла гитлеровцы усилили нажим на Партизанский край. После провала декабрьской карательной экспедиции захватчики готовили теперь новую, более крупную. На этот раз против партизан была брошена полевая дивизия, усиленная карательными отрядами. Войска имели танки и артиллерию.
   29 апреля фашисты заняли село Каруево на правом берегу Шелони, а 30 апреля — деревню Красные Новинки. В те же дни гитлеровцы активизировались в районе Кипина на участке отряда Климова.
   1 мая в наш штаб прибыл командир Второй партизанской бригады Васильев с начальником политотдела Майоровым и командиром полка Рачковым.
   Было решено в ночь на 2 мая совершить совместный налет на гарнизоны в деревнях Красные Новинки и Каруево, выбить оттуда противника и закрыть ворота в Партизанский край.
   Выждав до четырех часов утра, отряды начали атаку, открывая огонь с самых коротких дистанций. Гарнизоны противника были разгромлены.
   8 мая противник силою до батальона на бронетранспортерах сбил наше боевое охранение и занял деревню Крутец. Здесь гитлеровцам удалось оседлать шоссейную дорогу Городня—Чихачево.
   15 мая мы выступили к деревням Березовка и Тучино. Расстояние в 30 километров прошли за шесть часов и заняли оборону севернее деревни Плещевка. Около часу ночи 16 мая был дан общий сигнал атаки. И затрещали пулеметы, заработали минометы. Противник отвечал сильным огнем. К двум часам ночи Тимофеев доложил, что отряд очистил северную часть Березовки. Вскоре пришло сообщение о том, что отряды Климова и Кондратьева продолжают атаковать деревню Тучино, но противник оказывает упорное сопротивление и пытается прорваться на север.
   К рассвету бой закончился. Тучино и Березовка были полностью очищены от противника.
Утром 16 мая бригада выступила в обратный путь. А днем мы получили донесение о том, что противник занял деревни Заполье, Красные Новинки, Сосенка, Парли и другие. Мы изменили маршрут и с ходу вступили в затяжные бои. Только к 22 мая были освобождены деревни по левому берегу Шелони.
   26 мая в Партизанский край прилетели А. Н. Асмолов и уполномоченный Ленинградского штаба партизанского движения В. П. Гордин. Они вручили нам Приказ о выходе Первой особой партизанской бригады в район Славковичи—Сошихино—Остров.
   Мы начали подготовку к выходу в новый район. Каждую ночь самолеты с Большой земли доставляли нам обмундирование, оружие, боеприпасы. 2 июня к нам прибыло пополнение — батальон под командованием старшего лейтенанта Константина Дионисьевича Урицкого. А тем временем противник подтягивал к границам Партизанского края все новые части. В связи с этим выход в новый район задерживался.
   Из отряда Тимофеева в штаб прибыл посыльный с донесением, что противник силою до трехсот солдат форсировал Шелонь, занял деревню Городня. Вторая колонна врага численностью до 400 солдат двигалась к деревне Лемтехово. Было понятно, что противник стремится прорваться на Паревичи и вбить клин в Партизанский край.
   Утром фашисты заняли Колотилово. Они сосредоточили здесь около двух батальонов пехоты и четыре танка. В деревне гитлеровцы устроили привал. Вскоре задымили кухни.
   Не теряя времени, мы свели в одну группу три противотанковых ружья и два станковых пулемета, расположив их на опушке у дороги в Колотилово. Подошли отряды Тимофеева и Климова. Сигналом к атаке должен был послужить залп из противотанковых ружей. Но с залпом не спешили. Ждали, когда фашисты соберутся у кухонь.
   В 11 часов был открыт залповый огонь по танкам. Минометы, станковые и ручные пулеметы били по пехоте и обозам. Враги в панике, бросая котелки и оружие, побежали. Партизаны весь день преследовали противника и освободили 15 деревень.
В том бою было уничтожено свыше 200 гитлеровцев, подбито 6 танков, захвачено 5 ручных и 2 станковых пулемета, несколько десятков винтовок и автоматов, 300 снарядов, около 10 тысяч винтовочных патронов, обоз с продовольствием.
   Накануне выхода в новый район нам придали отряд «За Советскую Латвию» под командованием Вильгельма Яновича Лайвиньша и комиссара Отто Петровича Ошкална и Четвертую бригаду под командованием С. М. Глебова.
   Первая особая бригада, с честью выполнив задачу по защите Партизанского края, двинулась на запад.
Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz